18.10.2024 18:41
Аналитика.
Просмотров всего: 13331; сегодня: 4.

Трагедия и подвиг народного ополчения Москвы

Военный совет Московского военного округа 2 июля 1941 года принял «Постановление о добровольной мобилизации жителей Москвы и области в народное ополчение». Всего за пять дней в столице сформировали для отправки на фронт 12 стрелковых дивизий. Понеся страшные потери осенью 1941 года, ополченцы не дали врагу прорваться к Москве. Ценой своих жизней добровольцы спасли столицу в самые трудные дни войны.

Ожидалось, что в ряды ополчения запишутся примерно 200 тысяч москвичей и 75 тысяч жителей Подмосковья, но добровольцев оказалось почти 400 тысяч. Пришлось отсеивать тех, кто не отличался крепким здоровьем, и тех, кто мог принести больше пользы на трудовом фронте. В итоге в ряды народного ополчения для защиты Москвы встали около 160 тысяч человек.

Квартет имени Бетховена, встать в строй!

Немецкое вторжение показало, что в нашей стране нет проблемы найти людей, готовых умереть за Родину. Когда началась война, в Москве военкоматы осаждали те, кто не подлежал мобилизации. Право уйти на фронт добровольцы получили после решения властей о формировании народного ополчения.

Сначала было решено сформировать в столице 25 ополченческих дивизий, и, безусловно, их бы укомплектовали личным составом, но тревогу забили руководители органов власти и директора заводов: город мог остаться без специалистов и рабочих. Поэтому в июле 1941-го в Москве сформировали 12 дивизий народного ополчения. Еще четыре были созданы осенью, когда немцы вплотную подошли к столице.

О степени патриотического подъема москвичей можно судить по потоку заявлений с просьбой зачислить в народное ополчение. Уже к 13 часам 2 июля на заводе «Красный пролетарий» в добровольцы записались более 1000 рабочих, на Трансформаторном заводе к 18 часам того же дня — 320 человек. 2 июля во Фрунзенском районе было подано свыше 4500 заявлений, в Ленинском — 3800, в Таганском — 2700. Всего за четыре дня, со 2 по 5 июля, от москвичей поступило 168 470 заявлений. На 35–40 процентов ополчение состояло из людей с высшим и средним образованием.

Вместе с рабочими «Трехгорки», сахарного завода и вчерашними школьниками в состав сформированной на Красной Пресне 8-й дивизии народного ополчения на войну ушел цвет столичной интеллигенции. В ее составе числились роты, которые неофициально назывались «писательской», «научной», «актерской». В первой служили члены Союза писателей СССР, вторая состояла из профессоров и студентов. Еще две роты сформировали из музыкантов. Встал в строй Квартет имени Бетховена. На фронт пытались уйти Давид Ойстрах и Эмиль Гилельс, но им отказали. В «актерскую» роту 8-й дивизии записался будущий драматург, а тогда молодой актер Виктор Розов. Скульптор Евгений Вучетич стал рядовым 13-й дивизии народного ополчения Ростокинского района. В ополчение ушли писатели Василий Гроссман, Александр Бек, Юрий Лебединский.

Одна винтовка на двоих

Добровольцев-москвичей было много, но их нечем было вооружить. За первые месяцы войны РККА утратила свыше 60 процентов оружия. Оно вышло из строя на фронте или было оставлено на складах при отступлении. Развертывание регулярной армии потребовало и соответствующего количества вооружения. В дело пошли все имевшиеся тогда у советского командования резервы. На ополченцев их не хватило.

Добровольцев стали вооружать старым и трофейным оружием, оставшимся от Первой мировой и Гражданской войн. Но и этих запасов было в обрез, поэтому «подгребли» и все учебные винтовки из Осоавиахима. С боеприпасами для всего этого разномастного вооружения дело обстояло крайне плохо. Иногда боекомплект составлял всего 15–25 патронов на ствол.

Но поначалу оружие ополченцам не понадобилось. Добровольцев бросили на создание оборонительных сооружений в Подмосковье. Работали люди по 12 часов. После, отложив в сторону лопаты и кирки, занимались боевой учебой — готовились воевать.

Вот что вспоминал писатель Константин Симонов о встрече на фронте с бойцами дивизии народного ополчения: «В следующей деревне мы встретили части одной из московских ополченских дивизий, кажется, шестой. Помню, что они тогда произвели на меня тяжелое впечатление. Впоследствии я понял, что эти скороспелые июльские дивизии были в те дни брошены на затычку, чтобы бросить сюда хоть что-нибудь и этой ценой сохранить и не растрясти по частям тот фронт резервных армий, который в ожидании следующего удара немцев готовился восточнее, ближе к Москве, — и в этом был свой расчет. Но тогда у меня было тяжелое чувство. Думал: неужели у нас нет никаких других резервов, кроме вот этих ополченцев, кое-как одетых и почти не вооруженных? Одна винтовка на двоих и один пулемет. Это были по большей части немолодые люди по сорок, по пятьдесят лет. Они шли без обозов, без нормального полкового и дивизионного тыла — в общем, почти что голые люди на голой земле. Обмундирование — гимнастерки третьего срока, причем часть этих гимнастерок была какая-то синяя, крашеная. Командиры их были тоже немолодые люди, запасники, уже давно не служившие в кадрах. Всех их надо было еще учить, формировать, приводить в воинский вид. Потом я был очень удивлен, когда узнал, что эта ополченская дивизия буквально через два дня была брошена на помощь 100-й и участвовала в боях под Ельней».

...Наверное, многие из ополченцев тоже понимали, что в бою против кадровых частей немецкой армии выстоять им будет невероятно трудно, практически невозможно. Но еще лучше каждый из них понимал необходимость защитить родную землю и родной город.

Жертвенная смерть

6 сентября 1941 года Гитлер подписал директиву № 35 о генеральном наступлении на Москву. Операция получила название «Тайфун». Ее целью был захват Москвы к середине ноября.

Были собраны три ударные группировки немецко-фашистских войск. Противопоставить моторизованным корпусам Гудериана, Штрауса, Гота и Гепнера было практически нечего. В бой, как единственный резерв, бросили ополчение. Московские добровольцы закрыли собой прорванные немецкими танками бреши в боевых порядках Западного и Резервного фронтов и стояли насмерть.

Других вариантов у них просто не было. Немцы имели подавляющее превосходство над советскими войсками: в личном составе в 4,1 раза, в артиллерии — в 6 и в танках — в 31,1 раза.

Краснопресненская дивизия погибла за одни сутки. Не было ни флангов, ни тыла, ни подготовленных позиций. Но в своем первом и последнем бою московские ополченцы встали на пути врага живым щитом. К 16 часам 5 октября от народного ополчения Красной Пресни почти никого в живых не осталось.

Драматург Виктор Розов после войны вспоминал: «Вооружение — допотопные ружья прошлого века, пушки прошлого века 76-мм, все на конной тяге. Мы, можно сказать, голые, а они — из железа. На нас двинулось железо. Как нас обстреливали — мотоциклы, танки! А у нас 76-мм пушка. Они нас засыпали снарядами. Вечером образовалась немыслимая каша. Я полз в канаве... И весь мой ватник набух кровью...»

7 октября танковые клещи вокруг Вязьмы сомкнулись. Армии советских Западного и Резервного фронтов оказались в полном окружении. Но они продолжали сражаться — до последнего патрона. Отчаянное сопротивление попавших в Вяземский котел кадровых военнослужащих РККА и московских ополченцев надолго задержало немецкую группу армий «Центр», и советское командование успело создать оборонительные рубежи на ближних подступах к Москве.

Наши окруженные войска задержали западнее Вязьмы 28 вражеских дивизий. Германский историк К. Рейнгард констатирует: «...русским все же удалось сковать на длительное время немецкие танковые силы и тем самым исключить возможность их участия в немедленном преследовании в направлении Москвы. Выиграв время, советское командование успело организовать оборону на Можайской линии».

...Сколько всего в октябре 1941-го погибло московских ополченцев? Каждый второй? Три из четырех? Точных цифр потерь нет до сих пор. Но число жертв было страшным… Немцы не дошли, как хотели, до нашей столицы в начале осени. Они не смогли победить быстро. Добровольцы-ополченцы своими жертвенными смертями дали стране время для сбора сил, необходимых для обороны нашей столицы. Отстояв Москву, отстояли Родину.

Прямая речь

Владислав Кононов, руководитель Департамента информационной политики российского военно-исторического общества:

- Роль народного ополчения значительна не только в истории Великой Отечественной войны, оно имеет давнюю традицию в военной истории России. Наиболее известным является народное ополчение Минина и Пожарского, участвовавшее в отражении польской и шведской интервенций. Ополчение было созвано и во время Отечественной войны 1812 года. В годы Великой Отечественной войны наиболее крупными были московское ополчение (не менее 600 тысяч добровольцев) и ленинградское (около 300 тысяч).

Владимир Афанасьев, ст. научный сотрудник Центрального музея Вооруженных Сил РФ:

- В тяжелейших условиях 1941 года, когда в приграничных боях погибли кадровые дивизии РККА и нечем и некем было прикрыть дорогу к жизненно важным центрам нашей страны, Москву спас патриотизм ее жителей. Собранное буквально за несколько дней народное ополчение защитило столицу нашей Родины ценой своих жизней. Если бы не героизм московских рабочих, артистов и ученых, сменивших пиджаки на шинели и удержавших линию фронта, кто знает, насколько тяжелее обошлась бы Победа.

Вчерашние арбатские мальчики стали батальоном славы

Второй набор

В октябре 1941 года в Москве было сформировано еще пять дивизий народного ополчения, в боях у рубежей столицы приняла участие только одна из них. В январе 1942 года эти четыре московские добровольческие дивизии были пополнены и переформированы в стрелковые соединения.

Батальон Славы

Из бойцов сформированной в Москве 21-й дивизии народного ополчения, впоследствии влившейся в состав 77-й гвардейской стрелковой дивизии, 68 человек стали Героями Советского Союза. Из «арбатских мальчиков» в 77-й гвардейской дивизии был укомплектован единственный в Красной армии батальон Славы. В нем все солдаты и офицеры были удостоены орденов Славы.

Помним и чтим

В честь бойцов народного ополчения в Москве на зданиях, где из добровольцев в июле 1941 года формировались стрелковые дивизии, установлены мемориальные доски. В 1964 году в районе Хорошево-Мневники появилась улица Народного Ополчения. В 1974-м на ней был установлен памятник «Ополченцы» работы скульптора Олега Кирюхина и архитектора Андрея Ершова.

Штыковая дипломатия

В 6-ю дивизию народного ополчения Дзержинского района Москвы 5 июля 1941-го записались 163 сотрудника Народного комиссариата иностранных дел СССР — одна треть штатного состава ведомства. Дипломаты и технические работники дипмиссий ходили в штыковые атаки под Вязьмой. Большинство из них остались лежать на Смоленской земле. В донесениях о многих до сих пор кратко значится: «Пропал без вести».

Немногим уцелевшим бойцам удалось сохранить и вынести из окружения на Смоленщине Боевые знамена дивизии. Она не была расформирована и, получив пополнение, продолжила боевой путь.

6-я дивизия народного ополчения, переименованная в августе 1941 года в 160-ю стрелковую дивизию, получила почетное звание Брестской Краснознаменной и прошла славный боевой путь. День Победы дивизия встретила на демаркационной линии с английскими войсками северо-западнее Берлина.

Дошли до Кенигсберга и Берлина

Под именем 84-й гвардейской Городской Краснознаменной ордена Суворова стрелковой вошла в историю 4-я дивизия народного ополчения Куйбышевского района Москвы. Ее первые бойцы — сотрудники Наркоматов финансов и легкой промышленности, рабочие завода «Красная швея». Боевой путь дивизия завершила штурмом города-крепости Кенигсберг. 11 дивизий народного ополчения — московского, ленинградского, из других городов Советского Союза — дошли до Берлина.

Писательская рота защитников столицы

Степан Злобин

В окружении под Вязьмой, контуженный и раненый, попал в плен. В концлагерях вплоть до освобождения в 1944 году возглавлял подполье. Выжил. После войны вышли его исторические романы «Остров Буян», «Степан Разин».

Рувим Фраерман

Воевал бойцом-ополченцем под Вязьмой, затем как военный корреспондент. В январе 1942-го был тяжело ранен, в мае демобилизован. Автор многих повестей для детей, самая известная — «Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви».

Михаил Лузгин

Автор повестей «Хуторяне», «Граммофон» и других. Погиб под Вязьмой в 1941 году.

Самуил Росин

Много перевел на идиш с армянского, русского и венгерского языков. В июле 1941 года вместе с женой ушел добровольцем в «писательскую» роту, оба погибли осенью того же года в оборонительных боях под Вязьмой.

Василий Кудашев

Член Союза советских писателей, прозаик. Автор нескольких сборников рассказов, друг Михаила Шолохова. В октябре 1941-го после тяжелого ранения и контузии попал под Ельней в окружение и пропал без вести.

Георгий Шторм

Перевел «Слово о полку Игореве», писал исторические произведения. Во время войны воевал в московском народном ополчении.

Павел Бляхин

Автор повести «Красные дьяволята», по мотивам которой был снят популярный кинофильм «Неуловимые мстители». В июле 1941 года 54-летний Павел Бляхин стал бойцом 8-й дивизии народного ополчения Москвы. Вышел из окружения, служил корреспондентом фронтовой красноармейской газеты.

Цифры и факты

Мартиролог героев

Судьбы 12 дивизий народного ополчения, сформированных в разных районах Москвы, сложились по-разному.

- 1-я дивизия НО Ленинского района Москвы. Из окружения под Вязьмой вышли только тыловые части и штаб.

- 2-я дивизия НО Сталинского района. Полностью погибла в октябре 1941 года в Вяземском котле. Расформирована в декабре 1941-го.

- 4-я дивизия НО Куйбышевского района. Успела отойти от Вязьмы, но под Наро-Фоминском за неделю потеряла до 60 процентов личного состава. Впоследствии стала 84-й стрелковой дивизией.

- 5-я дивизия НО Фрунзенского района. Полностью погибла в октябре 1941-го в районе Спас-Деменска.

- 6-я дивизия НО Дзержинского района. Полностью погибла в окружении.

- 7-я дивизия НО Бауманского района. Немногие уцелевшие из числа окруженцев были влиты в 144-ю стрелковую дивизию. Сама дивизия расформирована в декабре 1941-го.

- 8-я дивизия НО Краснопресненского района. Полностью погибла в октябре 1941 года в Вяземском котле. Расформирована в декабре 1941-го.

- 9-я дивизия НО Кировского района. Почти полностью погибла в октябре 1941-го, из окружения вышли 800 бойцов. Расформирована в декабре 1941-го.

- 13-я дивизия НО Ростокинского района. Полностью погибла в Вяземском котле. Расформирована в декабре 1941-го.

- 17-я дивизия НО Москворецкого района. В октябре 1941 года в окружении под Вязьмой потеряла до 80 процентов бойцов.

- 18-я дивизия НО Ленинградского района. В годы войны стала 11-й гвардейской стрелковой дивизией.

- 21-я дивизия НО Киевского района. Впоследствии стала 77-й стрелковой дивизией.

«Мы выстояли».

А. Е. Гордон. «Московское народное ополчение 1941 года глазами участника»

«…Неподалеку от того места, где я находился, натиск гитлеровцев сдерживала группа красноармейцев, среди которых я узнал аспиранта физико-математического факультета МГПИ Левитана и молодого кандидата наук Виноградова. Левитан бросил под танк гранату, получив при этом тяжелое ранение. Другие бойцы также забрасывали танки и бронетранспортеры гранатами и бутылками с горючей смесью. Нам удалось уничтожить большую часть танков, бронетранспортеров и пехоты противника, вклинившихся в лес, и взять в плен группу немцев. С наступлением темноты гитлеровцы прекратили попытки смять нашу оборону. Мы выстояли. Левитан и Виноградов в этом бою погибли, как и многие. Трудно определить наши потери. Они были огромны».

Автор: Александр Хохлов. «Вечерняя Москва».

Изображение из открытых источников.

Исторические события: